Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Обсуждение различных музеев и выставок
Ответить
Аватара пользователя

Gavrusha
Старший сержант
Старший сержант
Сообщения: 229
Зарегистрирован: 30 ноя 2016
Поблагодарили: 1078 раз
Карма: +0/-0

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Gavrusha » 06 мар 2017, 01:48

Профайлер2016 писал(а): Но если Вы обратили внимание, на башне срезано дуло орудия.
А почему только одно и чем его отпилили? Явно не молодежь-графоманы ножовкой :wink:

Изображение
Все равно, что отступать - бежать, что наступать - тоже бежать...

Ссылка:
BBcode:
HTML:
Скрыть ссылки на пост
Показать ссылки на пост

Аватара пользователя

Профайлер2016
Генерал-майор
Генерал-майор
Сообщения: 10824
Зарегистрирован: 05 дек 2016
Поблагодарили: 37131 раз
Карма: +19/-5

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Профайлер2016 » 06 мар 2017, 21:20

Gavrusha писал(а): А почему только одно и чем его отпилили? Явно не молодежь-графоманы ножовкой :wink:
На вопрос ответить не могу! ((( Ибо сие действо проходило без меня! Резали спецы, скорее всего, охотники за металлоломом. Почему одно? А кто его знает...тут только догадываться можно. Может у них только одна телега была. Может приплыли на байдарке, а она более одного ствола не потянула... И т.д. и т.п. :)


Аватара пользователя

Профайлер2016
Генерал-майор
Генерал-майор
Сообщения: 10824
Зарегистрирован: 05 дек 2016
Поблагодарили: 37131 раз
Карма: +19/-5

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Профайлер2016 » 07 мар 2017, 00:36

Профайлер2016 писал(а):Дивизион строился в конце 30-х годов и аккурат к началу советско-германской войны 41-45 г.г. был построен.
Нашел у себя в коллекции еще одну фотографию "башни" на Кильдине из тех времен.
6514 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Аватара пользователя

Профайлер2016
Генерал-майор
Генерал-майор
Сообщения: 10824
Зарегистрирован: 05 дек 2016
Поблагодарили: 37131 раз
Карма: +19/-5

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Профайлер2016 » 07 мар 2017, 00:41

30-я батарея в Севасте. Та, которая в "Ответном ходе" в "главной роли" снималась! :good:
6515 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
6516 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
6517 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
6518 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
6519 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Аватара пользователя

Профайлер2016
Генерал-майор
Генерал-майор
Сообщения: 10824
Зарегистрирован: 05 дек 2016
Поблагодарили: 37131 раз
Карма: +19/-5

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Профайлер2016 » 07 мар 2017, 00:46

Еще она же. В трех-орудийных 305мм башнях с линкоров.
6520 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
6521 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
6522 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Аватара пользователя

Герберт Уэллс
Солдат
Солдат
Сообщения: 12
Зарегистрирован: 19 янв 2017
Поблагодарили: 26 раз
Карма: +0/-0

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Герберт Уэллс » 07 мар 2017, 01:09

Профайлер2016 писал(а): В трех-орудийных 305мм башнях с линкоров.
Экскурсия по 30-й береговой батарее

Аватара пользователя

Автор темы
Wseb2net
Полковник
Полковник
Спонсор форума
Спонсор форума
Сообщения: 5778
Зарегистрирован: 03 дек 2016
Откуда: С Восточного фронта
Поблагодарили: 18478 раз
Карма: +4/-0

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Wseb2net » 07 мар 2017, 02:11

Профайлер2016 писал(а): с линкоров
C линкорА. "Полтава". Которому с 19 года после пожара никак применение найти не могли. Две другие его башни на другом конце света. На похожей батарее под Владивостоком на острове Русском.
6528 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
6527 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Аватара пользователя

Abram
Старший лейтенант
Старший лейтенант
Сообщения: 1405
Зарегистрирован: 01 дек 2016
Поблагодарили: 4516 раз
Карма: +0/-0

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Abram » 07 мар 2017, 15:06

Профайлер2016 писал(а): 30-я батарея в Севасте.
Блин, когда был еще в украинском Севастополе очень хотел на нее попасть. Но не получилось. Действующий военный объект ЧФ РФ, охраняемая зона. Причем высоко на холме, без машины лезть туда по жаре не очень-то хотелось. Так и не узнал когда экскурсии и были ли они. Хотя подозреваю, что нерегулярные, но были. Для своих и журналистов. Осталось только такое фото :cray:
6531 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Аватара пользователя

Lumen
Полковник
Полковник
Сообщения: 6679
Зарегистрирован: 03 дек 2016
Поблагодарили: 34352 раза
Карма: +8/-0

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Lumen » 07 мар 2017, 15:33

Abram писал(а): Действующий военный объект ЧФ РФ
Судя по фото башни постоянно перекрашивают в новый камуфляж. Зависит от времен года?
Кораблю безопасней в порту, но он не для этого строился.

Ссылка:
BBcode:
HTML:
Скрыть ссылки на пост
Показать ссылки на пост

Аватара пользователя

Автор темы
Wseb2net
Полковник
Полковник
Спонсор форума
Спонсор форума
Сообщения: 5778
Зарегистрирован: 03 дек 2016
Откуда: С Восточного фронта
Поблагодарили: 18478 раз
Карма: +4/-0

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Wseb2net » 08 мар 2017, 00:22

Lumen писал(а): Судя по фото башни постоянно перекрашивают в новый камуфляж. Зависит от времен года?
Глядя на ядовито-зеленый цвет владивостокской башни терзают смутные сомненья :blum1:

Аватара пользователя

Sanek
Генерал-полковник
Генерал-полковник
Спонсор форума
Спонсор форума
Сообщения: 20156
Зарегистрирован: 01 дек 2016
Поблагодарили: 81593 раза
Карма: +9/-0

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Sanek » 08 мар 2017, 00:25

Wseb2net писал(а): ядовито-зеленый цвет
Владивосток далеко, какая краска была такой и покрасили! :biggrin:

Аватара пользователя

Автор темы
Wseb2net
Полковник
Полковник
Спонсор форума
Спонсор форума
Сообщения: 5778
Зарегистрирован: 03 дек 2016
Откуда: С Восточного фронта
Поблагодарили: 18478 раз
Карма: +4/-0

Аватара пользователя

Sanek
Генерал-полковник
Генерал-полковник
Спонсор форума
Спонсор форума
Сообщения: 20156
Зарегистрирован: 01 дек 2016
Поблагодарили: 81593 раза
Карма: +9/-0

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Sanek » 08 мар 2017, 00:39

До войны эта батарея была не шестиорудийной, а четырехорудийной. Башни не линкорные, спецпостройки Обуховского завода 1914-1916 гг. на две пушки. Вот фото из серии "когда пришли немцы" :fy:
6568 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
6569 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Аватара пользователя

Автор темы
Wseb2net
Полковник
Полковник
Спонсор форума
Спонсор форума
Сообщения: 5778
Зарегистрирован: 03 дек 2016
Откуда: С Восточного фронта
Поблагодарили: 18478 раз
Карма: +4/-0

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Wseb2net » 08 мар 2017, 00:46

Sanek писал(а): Вот фото из серии "когда пришли немцы" :fy:
Это по ним они из "Доры" стреляли?

Аватара пользователя

Sanek
Генерал-полковник
Генерал-полковник
Спонсор форума
Спонсор форума
Сообщения: 20156
Зарегистрирован: 01 дек 2016
Поблагодарили: 81593 раза
Карма: +9/-0

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Sanek » 08 мар 2017, 00:57

Wseb2net писал(а): Это по ним они из "Доры" стреляли?
Ага, несколько снарядов выпустила. Но с 30 км. как понимаете они попали в основном куда-то рядом, хотя дыму и грохоту было ого-го! :fy:

Стволам батареи уже больше 100 лет :shok:
6571 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
6570 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Аватара пользователя

Автор темы
Wseb2net
Полковник
Полковник
Спонсор форума
Спонсор форума
Сообщения: 5778
Зарегистрирован: 03 дек 2016
Откуда: С Восточного фронта
Поблагодарили: 18478 раз
Карма: +4/-0

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Wseb2net » 08 мар 2017, 02:18

Sanek писал(а): Башни не линкорные, спецпостройки Обуховского завода 1914-1916 гг. на две пушки
Меня терзают смутные сомнения - тут в теме есть финская башня на две 12-дюймовки. Уж очень она по форме похожа на довоенные башни 30-й и 35-й батарей Севастополя. В тексте дальше будет частичный ответ на этот вопрос. Форт Ино...
Часть I - Проектирование, строительство и устройство батареи

Проектирование и строительство

Опыт Русско-японской войны 1904-1905 гг., одним из центральных эпизодов которой была борьба за русскую приморскую крепость и военно-морскую базу Порт-Артур, показал необходимость иметь на вооружении морских крепостей современную дальнобойную артиллерию для защиты военно-морских баз от обстрела с моря.

После Русско-японской войны Российская империя имела 11 морских крепостей – 5 на Балтийском побережье (Кронштадт, Либава, Усть-Двинск, Свеаборг и Выборг), 4 – на Черноморском (Севастополь, Керчь, Батуми и Николаев) и 2 – на Тихоокеанском (Владивосток и Николаевск-на-Амуре). Стратегическое назначение крепостей заключалось в том, чтобы обеспечить своей армии и флоту свободу действий и затруднить в том же противнику, при этом свою задачу крепости должны были выполнять с возможной экономией в расходовании живой силы.

Наиболее крупным и притом общим недочетом отечественных морских крепостей являлись несовершенство их устройства и моральная устарелость вооружения. Кроме того, вследствие недостаточно вынесенного расположения береговых батарей, в связи с превосходством в дальности стрельбы артиллерийского вооружения неприятельского флота, наблюдалась необеспеченность от бомбардировки с моря рейдов и портовых сооружений.

Наиболее мощными артиллерийскими установками Севастопольской крепости к 1906 г. были 11-дюймовые пушки в 35 калибров длиной образца 1887 г. По весу снаряда – 344 кг и дальности стрельбы – 13,8 км они лишь немного уступали 12-дюймовым пушкам Mk IX (обр. 1898 г.) британских броненосцев (вес снаряда – 386 кг, дальность стрельбы – 14,2 км), но по скорострельности проигрывали очень сильно (1 выстрел в 2 минуты против 4 выстрелов за то же время у английских орудий). Однако таких орудий в Севастополе было всего 8 единиц. Остальные представляли собой полностью устаревшие 11-дюймовые и 9-дюймовые пушки и мортиры образцов 1867 и 1877 гг.

Кроме того, в отличие от броненосцев, где орудия крупного калибра размещались в броневых башнях с электрическими или гидравлическими приводами наведения, орудия береговых батарей располагались открыто (в лучшем случае, с легкими противоосколочными щитами для защиты прислуги), а все операции по их заряжанию и наведению производились вручную. Вследствие этого по скорострельности береговые пушки крупного калибра уступали корабельным в несколько раз. Правда, этот недостаток несколько компенсировался применением на береговых батареях дальномеров с внешней базой системы Петрушевского и Лауница и групповых систем управления стрельбой системы Де-Шарьера, позволяющих сосредотачивать одновременно по одной цели огонь сразу нескольких батарей.

Недостатком в расположении береговых батарей Севастополя было то, что все они группировались на довольно узком участке от Толстого мыса до Карантинной бухты. Это создавало высокую плотность огня на внешнем рейде и перед входом в Севастопольскую бухту, однако позволяло неприятельским кораблям беспрепятственно обстреливать крепость и город перекидным огнем со стороны мыса Фиолент и Балаклавы.

В апреле 1906 г. Особое совещание под председательством морского министра адмирала А.А. Бирилева постановило, что вооружение главного калибра намеченных к постройке новых линейных кораблей должно состоять из 12-дюймовых орудий с длиной ствола не менее 50 калибров. К 1908 г. Обуховский сталелитейный завод (ОСЗ) разработал и испытал такую пушку длиной 52 калибра. Она стреляла снарядом обр. 1911 г. весом 470,9 кг с начальной скоростью 762 м/с на дальность 28,5 км и в своем калибре являлась одним из самых могущественных артиллерийских орудий в мире. Поэтому неудивительно, что Главное артиллерийское управление (ГАУ) Военного министерства при выборе новой крупнокалиберной артсистемы для береговой обороны остановилось именно на обуховской двенадцатидюймовке.

В 1911 г. начальник ГАУ генерал Д.Д. Кузьмин-Караваев приказал заказать ОСЗ для береговой обороны 12-дюймовые пушки в 52 калибра Морского чертежа с удлиненной каморой и нарезкой постоянной крутизны. По сравнению с пушками Морского ведомства (обозначались литерами «МА»), пушки Военного ведомства (обозначались литерами «СА») имели на 9 дюймов (229 мм) удлиненную зарядную камору, что, по мнению Артиллерийского комитета ГАУ, должно было способствовать меньшему износу нарезной части стволов при стрельбе.

Постановлением совещания военного и морского министров и начальников Генеральных штабов от 15 августа 1909 г. за Севастополем было сохранено значение оперативной базы для активного линейного флота, причем единственного на Черном море, так как за Николаевом признавалось лишь значение тыловой базы и убежища для судов флота.

В «Докладе Генерального Штаба Военного ведомства об отпуске 715 млн.рублей на осуществление некоторых мероприятий по Военному ведомству для усиления обороны государства», составленного в марте 1910 г. и утвержденного начальником Генерального штаба генерал-лейтенантом Гернгросом отмечалось:

«На Черном море программа развития морских вооруженных сил предусматривает переустройство главной оперативной базы флота Севастополя. Усовершенствование Севастополя обнимает развитие артиллерийских средств могущественными образцами орудий, для обеспечения порта от огня с моря, снабжение крепости некоторыми средствами техники и обеспечение ее с суши от овладения открытой силой. Обеспечение же от огня с сухого пути должно достигаться хорошей артиллерией и содействием сухопутных сил.

При этом в первую очередь намечено усиление приморского фронта установкою на флангах сильных батарей, вооруженных крупнейшими современными пушками, а также установкой батарей, предназначенных своим огнем удалять противника, который попытался бы через высоты к югу от города бомбардировать порты с моря. На работы эти потребуется сумма в 8 000 000 рублей. Во вторую очередь назначается создание сухопутной ближней обороны, причем часть этих работ пришлось отнести на второе десятилетие».

Крепостная комиссия при Главном управлении Генерального штаба (ГУГШ) под председательством генерал-майора Данилова на заседаниях в начале 1911 г. в первую очередь выдвигала требование усиления береговой обороны, которую уже в ближайшее пятилетие намечали довести до значительной степени готовности.

Главную приморскую позицию крепости предполагалось расширить на север – до устья реки Бельбек и на юго-запад – до Стрелецкой бухты, установив на ее флангах четыре 12-дюймовые пушки в броневых башнях и двенадцать 10-дюймовых пушек. Кроме того, для препятствия противнику бомбардировать крепость с юга, через высоты Херсонесского (Гераклейского) полуострова предполагалось создать и вооружить Дополнительный приморский фронт между мысом Херсонес и Балаклавский бухтой, воспользовавшись для этого сорока 9-дюймовыми мортирами, снимаемыми вследствие своей малой дальнобойности с вооружения Главного приморского фронта.

В основу разработки сухопутной обороны легло решение ограничиться только настоятельно необходимыми сооружениями, предоставив обеспечение от дальнего бомбардирования с сухого пути и от постепенной атаки находящимися на полуострове полевыми войсками.

Группировке сухопутных укреплений помимо обеспечения береговых батарей от атаки с тыла путем сомкнутия их горжи и организации противоштурмовой обороны ставилась задача обеспечения флангов Приморского фронта, т.к. при внезапном нападении судового десанта противника трудно ожидать, чтобы противник, вооруженный легкой полевой артиллерией, значительно оторвался от морского пути и поддержки огня судов.

Эскизные соображения Главного управления Генерального штаба 18 июня 1910 г. были переданы Командующему войсками Одесского военного округа на предмет образования местной комиссии для подробной и законченной разработки первоначального проекта крепости в пределах указанных ассигнований.

На основании этих соображений местной Севастопольской комиссией был разработан соответствующий проект вооружения крепости, который и поступил в Главное управление Генерального штаба 14 октября 1910 г.

Для новых 12-дюймовых пушек предлагались открытые установки, как более дешевые. Вооружение Дополнительного фронта должны были составлять двенадцать 152-мм пушек системы Канэ и шестнадцать (вместо сорока) 9-дюймовых мортир.

Крепостная комиссия ГУГШ отметила, что «При современных условиях трудно предположить, что на Черном море могло появиться более 24 боевых судов. Наиболее вероятно появление Австро-Турецкого флота, что составило бы 19 линейных кораблей с силой артиллерийского огня на один борт около 150 орудий калибром не менее 152 мм. Предполагая усиление указанных флотов судами флотов других государств комиссия признала возможным действие против Севастополя 24 кораблей. На 24 броненосцах может одновременно действовать 180-200 орудий.

Но при таких допущениях вооружения береговых батарей Севастопольской крепости представляется достаточным, значительно превосходя то соотношение орудий на берегу и на флоте, которое при различных способах подсчета числа орудий на берегу.

Однако не все орудия береговой обороны обладают достаточной дальнобойностью и мощностью, также батареи мало удалены от порта, поэтому неприятельский флот, имея орудия большей досягаемости, чем орудия берегового вооружения может безнаказанно бомбардировать портовые сооружения. Поэтому для успеха борьбы, а также удаления позиции бомбардирующего флота совершенно необходимо назначить на Главную позицию 12-дюймовые пушки, расположив их на флангах существующих батарей. Считая достаточным иметь на вооружении Севастопольской крепости четыре 12-дюймовых орудия, комиссия высказалась за 8 орудий, т.к. двухорудийные батареи представляют известные затруднения для ведения огня и преобладающие в Севастопольской крепости 11-дюймовые пушки имеют не очень большую боевую дальность».

Крепостная комиссия ГУГШ постановила «назначить на вооружение Главной боевой позиции восемь 12-дюймовых пушек, для удаления позиции бомбардирующего флота и одновременного пополнения мощности существующего вооружения расположить их в двух батареях, причем первые четыре пушки установить на Южной стороне, где больше сектор обстрела».

Стоимость снабжения Севастопольской крепости по артиллерийской части определялась в 11 322 000 рублей и разбивалась на две очереди, причем средства первой очереди, выделявшиеся на первые пять лет составляли 3 280 000 рублей.

Местом установки 12-дюймовых батарей определялся южный фланг Главной боевой позиции в районе Стрелецкой бухты (группа батарей на основе батареи №15 для четырех 12-дюймовых, восьми 10-дюймовых, четырех 48-линейных (122-мм) и четырех 3-дюймовых орудий) и северный фланг Приморской позиции у устья реки Бельбек (группа батарей на основе батареи №16 для четырех 12-дюймовых, четырех 10-дюймовых, четырех 6-дюймовых и четырех 3-дюймовых орудий), где наивыгоднейшим образом можно было бы использовать большую дальность стрельбы для оттеснения бомбардирующего неприятельского флота.

Ввиду расположения трех батарей Северной группы на открытом фланге Приморского крепостного фронта комиссия предложила объединить батареи в одно укрепление с устройством общей горжи. Сухопутные укрепления построить на высотах Бельбека фронтом к северу в виде нескольких долговременных опорных пунктов, составляющих вместе с батареей №16 и уже построенным полудолговременным редутом один общий оборонительный участок. (В окончательном варианте проекта 12-дюймовую батарею Южной группы решили строить не у Стрелецкой бухты, а на мысе Херсонес, что давало больший сектор стрельбы по морским целям.)

На всех трех батареях одной группы предполагалось построить казематированные погреба боезапаса (на один боекомплект для каждого орудия), помещения для орудийной прислуги, приборов управления огнем и силовых установок (динамо-машин). Толщина сводов казематов для защиты от морских снарядов среднего калибра должна была составлять 6-7 футов бетона.

Журнал заседания Крепостной комиссии ГУГШ был утвержден царем 21 мая 1911 г., там же 48-линейные пушки заменили на 120-мм системы Виккерса, которые были заказаны Обуховскому сталелитейному заводу.

В 1913 г., когда 10-дюймовая (№16) и 120-мм (№24) батареи Северной группы были уже закончены постройкой, на возвышенности Алькадар (один из западных отрогов Мекензиевых гор), примерно в 1,5 км восточнее устья реки Бельбек, началось строительство 12-дюймовой башенной батареи №26.

Проект батареи разрабатывался под руководством строителя батареи военного инженера полковника Смирнова. Проект был рассмотрен на заседании Инженерного комитета Главного Военно-технического управления (ГВТУ) 28 августа 1914 г. и повторно, с учетом замечаний ГВТУ, 26 июня 1915 г. Докладывал совещательный член Технического комитета ГВТУ генерал-майор Малков-Панин. Стоимость постройки батареи оценивалось в 850 тыс.рублей.

Расположение батареи на узкой, языкообразной в плане возвышенности (высота около 60 м над уровнем моря) с крутизной склонов до 45 градусов определило архитектуру ее сооружений. В отличие от 12-дюймовой батареи №25 Южной группы, которая имела два отдельных бетонных блока (по одному для каждой башни) соединенных потерной, на 26-й обе башни решили разместить в общем блоке вытянутом по фронту (как на кронштадтских фортах «Красная Горка» и «Ино»). Для целей ближней обороны в 50 м юго-западнее орудийного блока строилась отдельная казематированная постройка – бетонное убежище для 3-дюймовых выкатных противоштурмовых пушек и их прислуги, а в 600 м северо-восточнее – пехотное укрепление с бетонированными стрелковыми окопами и казематированными убежищами.

Конструкция бетонного блока (массива батареи) проектировалась на основании «Временной инструкции для устройства перекрытий и стен казематированных крепостных помещений». Инструкция была разработана в 1912 г. на основании опытов по испытанию обстрелом новых конструкций покрытий казематов на острове Березань и пересмотрена на основании Варшавских опытов в сторону усиления конструкций в 1913 и 1914 гг.

Напольные стены блока рассчитывались на два попадания в одно место 12-дюймовых снарядов морской артиллерии при углах попадания 20 градусов и имели слоистую конструкцию – 2,4 м бетона, 2,1 м песчаной прослойки и 2,1 м бетона. Сводчатые покрытия казематов с противооткольной металлической одеждой конструкции полковника Савримовича (сплошной слой гнутых стальных швеллеров №30 и 30-см слой асфальтобетона над ним) проектировались из монолитного неармированного бетона с толщиной 2,4 м. Такое покрытие рассчитывалось на попадание одного 12-дюймового снаряда.

Строительство батареи шло быстрыми темпами, но в 1915 г. работы по строительству батареи были приостановлены, так как изготовлявшиеся для нее в Петрограде башенные установки и оборудование были использованы для срочного усиления береговой обороны на Балтике (морская крепость Императора Петра Великого).

Однако работы по строительству батареи не были полностью прекращены, и к осени 1917 г. строительство бетонного массива было выполнено на 70%. Передняя часть напольных стен слоистой конструкции была выполнена до верхней плоскости покрытия, а боковые, тыльная и внутренние стены – до пят сводов. Над всеми казематами были уложены стальные швеллеры №30 и набит слой асфальтобетона. Поставлены и забетонированы по периметру жесткие барабаны башен, навешено 40% броневых дверей, остальные двери имелись на стройплощадке в полном комплекте. Для доставки тяжеловесных частей башенных установок от станции Мекензиевы Горы подвели железнодорожную ветку нормальной колеи. Водоснабжение батареи обеспечивалось двумя артезианскими скважинами. Для хранения воды под полом орудийного блока устроили бетонные резервуары, общей емкостью 500 м3. Петроградский Металлический завод заканчивал изготовление 100-тонного электрического крана. Там же продолжались работы по изготовлению новых башенных установок.

На башенной батарее №25 Южной группы к этому времени были завершены все бетонные работы и начат монтаж металлических конструкций первой башни.
6572 - Схема двухорудийной башенной установки МБ-2-12
Октябрьская революция 1917 г. и последовавшие за ней иностранная интервенция и Гражданская война прервала постройку 26-й и 25-й батарей на 11 лет.

В 1925 г. Комиссия по вооружению Главного артиллерийского управления Рабоче-Крестьянского Красного Флота (ГАУ РККФ) признал необходимым «установить 4-х орудийную 2-х башенную батарею с 12-дюймовыми/52 кал. пушками на батарее 26 Севастопольской крепости». Однако немедленно приступить к реализации этого решения было невозможно. В это время в Севастополе полным ходом шли работы по достройке башенной батареи №8 (бывшая 25-я), готовые на 95% башенные установки которой находились на Ленинградском Металлическом заводе. Пришлось ждать еще три года, тем более, что башенные установки, предназначенные для 26-й батареи, находились в низкой степени готовности. Осилить доделку еще двух башенных установок только начинавший выходить из послереволюционной разрухи военно-промышленный комплекс СССР еще не мог.

9 марта 1928 г. на заседании Революционного Военного Совета (РВС) СССР под председательством К.Е. Ворошилова было принято решение:
«Признать необходимым, достроить 305 мм башенную батарею в Севастополе
1. К постройке приступить в текущем году в пределах средств намеченных на береговую оборону в 1927-28 гг.
2. Смету на достройку утвердить в общей сумме 3 843 000 руб.
3. Постройку закончить в 3-х летний срок.»

Реввоенсовет Морских сил Черного моря (МСЧМ) приказом от 21 августа 1928 г. создал Постоянное совещание по строительству батареи (к тому времени она получила новый номер – 30) под председательством командующего Береговой обороной Черного моря И.М. Лудри и в составе членов: начальника Управления берегового строительства Главвоенпорта И.М. Цальковича, начальника артиллерии Береговой обороны Черного моря Г. Четверухина и начальника Службы наблюдения и связи МСЧМ Ермакова.

Несмотря на то, что бетонный массив батареи был весьма далек от завершения, совершенно не был начат монтаж орудийных башен, внутреннего оборудования и инженерных коммуникаций, а командный пункт не существовал даже в проекте, РВС установил срок ввода объекта в строй на 1 января 1932 г.

Проект достройки батареи был разработан отделом оборонительного строительства Управления берегового строительства Севастопольского Главвоенпорта под руководством военного инженера А.И. Василькова. В отличие от 35-й батареи, где построенные еще до революции покрытия орудийных блоков были выполнены из неармированного бетона (за исключением противооткольной одежды), покрытие единого орудийного блока 30-й батареи было запроектировано из железобетона с расходом арматуры до 100 кг/м3. Отсутствие вибраторов и большая насыщенность арматурой не позволяли применить жесткий бетон, поэтому было предложено применить полупластичный бетон с использованием цемента марки «250» (расход – 400 кг/м3) и наполнителя из диоритового щебня с добавлением до 30% местного гравия. Предусматривалось строительство камнедробильного и бетонного заводов, бремсберга для подачи песка и гравия с Любимовского пляжа и восстановление железнодорожной ветки от станции Мекензиевы Горы для доставки на строительную площадку цемента, диоритового щебня из Курцевского карьера у Симферополя, металлических конструкций анкеров, балок противооткольных покрытий, а позднее – орудий и деталей башен, боевой и дальномерной рубок командного пункта.

К 1 сентября 1930 г. удалось завершить восстановление железнодорожных и крановых путей. В орудийном блоке батареи были установлены все броневые двери и засыпана песчаная прослойка напольной стены. Приступили к строительству бетонного завода для бетонирования покрытия блока. Готовность башенных артиллерийских установок на Ленинградским Металлическим заводом к тому времени составляла 30%. Ижорский завод изготавливал крыши башен и боевой рубки командного пункта.

К 24 декабря 1930 г. начальник Управления берегового строительства Главвоенпорта МСЧМ И.М. Цалькович отдал приказ о формировании «Конторы Отдельного производителя работ по постройке батареи №30 (Любимовская КОПР БС МСЧМ)». Ее начальником назначили инженера Митрофанова, помощником по технической части – военного инженера Колокольцева.

Осенью 1931 г. строительство батареи посетил заместитель Народного Комиссара по Военным и Морским делам С.С. Каменев.

В подготовительный период строительства (1929-1930 гг.) кроме восстановления железнодорожного пути спроектировали и построили казарменный городок батареи на 500 человек с квартирами командного и казармами рядового состава, клубом, баней и т.п., шоссейную дорогу к стройплощадкам огневой позиции и командного пункта, а также мастерские. Для обеспечения строительства электроэнергией оборудовали трансформаторную подстанцию, получавшую ток от электростанции Северного дока Севастополя.

Исключительную сложность вызвало бетонирование покрытия орудийного блока, расположенного на возвышенности, небольшая площадь которой не позволяла разместить бетонный завод обычного типа и необходимые запасы цемента, песка и щебня. В связи с этим приняли предложение военного инженера А.И. Василькова подавать бетон снизу при помощи бетонолитной мачты. По этой системе набили несколько тысяч кубометров бетона для возможности монтирования жестких барабанов и неподвижной брони (кирасы) орудийных башен. Одновременно, под руководством военного инженера Б.К. Соколова шло проектирование и строительство мощного бетонного завода оригинального – вертикального типа.

Построенный в 1931 г. завод представлял собой сложное многоэтажное сооружение, фундаментом которого послужило построенное к 1917 г. рядом с орудийным блоком бетонное убежище для противоштурмовых пушек (в нем была оборудована электроподстанция). На верхнем этаже завода в специальных бункерах располагался четырехчасовой запас цемента, песка, гравия, поданный по наклонной 60-метровой эстакаде при помощи электрических лебедок. Ниже, в шестиметровых шахтах, были установлены четыре бетономешалки типа «Смит» емкостью 1 м3 каждая. Подача материалов внутри завода осуществлялась элеваторными подъемниками в верхние бункеры, а оттуда самотеком по трубам к бетономешалкам. От каждой бетономешалки бетон при помощи вертикального шахтного подъемника подавался на высоту 15 м в загрузочные бункеры, откуда в вагонетках емкостью 0,5 м3 развозился по кольцевой эстакаде, проложенной вокруг орудийного блока батареи, к местам укладки. Производительность завода достигала 45 м3 в час.

Для обеспечения монолитности возводимых стен и перекрытий их разбили на отдельные блоки (камни) объемом от 800 до 2200 м3, каждый из которых бетонировался слоями толщиной 20 см с интервалом не более двух часов. Первый блок покрытия забетонировали к 27 февраля 1932 г., а к 1 мая того же года бетонирование основного массива батареи завершили. Всего было уложено около 22000 м3 бетона и 2000 т стальной арматуры.

Одновременно с укладкой нового бетона, в уже существующих стенах и перекрытиях казематов пробивались новые дверные проемы, каналы для вентиляционных трубопроводов, электрокабелей и т.п.

Параллельно достройке орудийного блока велись работы по возведению командного пункта (КП). Первоначально его предполагалось оборудовать в самом орудийном блоке, на его левом фланге. Это был наиболее дешевый вариант, так как использовалось уже готовое сооружение, на котором требовалось установить лишь боевую рубку. Кроме того, отпадала нужда в соединительной потерне для прокладки кабелей управления стрельбой и связи. Однако дальномерную рубку и антенны радиосвязи при этом пришлось бы отнести в сторону, так как размещение их непосредственно на боевом покрытии блока было невозможно из-за опасности повреждения дульными газами при стрельбе собственных орудий. Работа наблюдателей в боевой рубке КП при этом также была бы затруднена из-за вспышек выстрелов и подымаемой ими пыли. Кроме того, совмещение КП с огневой позицией в общем массиве понижало живучесть батареи в целом и подобное решение уже не отвечало требованиям времени.

Поэтому, в окончательном варианте (март 1930 г.) КП решили разместить на вершине высоты 39,8 примерно в 650 м северо-восточнее орудийного блока (там, где до 1917 г. велось строительство опорного пункта сухопутной обороны). При этом на поверхности горы располагался только блок с наблюдательным броневым колпаком и с дальномерной башней, а все остальные помещения КП устраивались тоннельного типа на глубине 37 м. Стоимость работ при этом возрастала на 600 тыс.руб. (из-за необходимости возведения заново всех фортификационных построек, а также большой протяженности потерны, соединяющей КП с огневой позицией), однако при этом возрастала живучесть КП и улучшался обзор.

Постановлением Совета Труда и Обороны (СТО) СССР №128/55 от 22 февраля 1932 г. «По строительству ВМС РККА на 1932 г.» предполагалось «Закончить полностью к 01.12.1933 постройку батареи №30 (305 мм х 4) в Севастополе», но уже постановлением СТО №34 от 27 мая 1933 г. «О состоянии и развитии береговой обороны страны» срок вступления в строй 30-й батареи был перенесен на 1 июля того же года.

К тому времени работы значительно продвинулись вперед, хотя и с большим отставанием от календарных планов. В орудийном блоке шел монтаж башенных установок и оборудования погребов боезапаса, задерживавшийся однако из-за несвоевременных и некомплектных поставок заводами-изготовителями деталей и узлов.

26 июня 1933 г. посетивший строительство объекта Начальник инженеров РККА Н.Н. Петин издал следующий приказ:

«Проведенным мною, совместно с группой работников УНИ РККА, обследованием хода работ по батарее №30 установлено:

План работ по батарее, которая должна была вступить в строй еще в прошлом году, на 1 июня 1933 г. выполнен лишь на 22,8%. Такие, совершенно недопустимые на военной стройке, темпы работ объясняю не только задержкой в получении для батареи из Центра боевого и технического оборудования, но и совершенно неудовлетворительным руководством работами со стороны Крепостного УНР и недостаточностью и нажимом со стороны УНИ МСЧФ.

Календарные планы работ нарушались неоднократно во всех звеньях руководства, начиная с УНИМС, УНР, участка и кончая рабочей бригадой. Командованием не были мобилизованы силы на выполнение, во что бы то ни стало, плана работ в установленный Правительством срок; не было проявлено достаточных усилий и со стороны партийных и профессиональных организаций по обеспечению успешного выполнения этого задания.

Задержка в присылке из Центра оборудования (санитарного, технического, электромеханического, артиллерийского и проектов поста электризации и поста управления) не может служить оправданием совершенно недостаточных темпов в работе, т. к. даже работы не зависящие от получения оборудования, не форсировались, дренажные работы, отделка проемов казематов, прокладка потерны, строительные работы компоста [командного поста] – все это могло быть закончено к 1 июля.

<...>

Бросается в глаза крайне пренебрежительное отношение технического руководства участка к механизации наиболее трудоемких работ: так из 7 имеющихся перфораторов, в работе находятся только 2, остальные бездействуют в ожидании ремонта и запасных частей, имеющиеся на складе 2 бетономешалки более года лежат не использованными и не отремонтированными.

Уход за техникой – плохой. Машины и агрегаты не смазываются, планово-предупредительный ремонт тракторов не производится.

Техническое руководство работами совершенно недостаточное. Работы ведутся без надлежащего технического осмотра. Ночные смены техническим руководством очень часто, совсем не обеспечиваются, т.к. инженерно-технический персонал на ночных работах в большинстве случаев не присутствует. Техническая приемка законченных работ не ведется, акты не составляются, техперсонал и рабочие не инструктируются.

<...>

Проекта организации работ нет. Компоновка бетонного завода компоста не продумана; рельсовый путь проложен так, что движущиеся вагонетки со щебнем, песком и цементом, сталкиваясь задерживали темпы бетонных работ.

Качеству работ должного внимания не уделяется. Из-за несвоевременной расчистки температурных швов внутри массива протекает вода. Работы в потерне ведутся без передвижного шаблона, что вызывает лишнюю выемку породы и укладку лишнего бетона. Сетка армирования вместо нижней части местами укладывается в верхнюю часть свода. Щебень, приготовленный для бетонирования компоста, загрязнен, промывка и прогрохотка заблаговременно не была организована. В армировании стен компоста допущены ошибки: хомуты между собой не охвачены, внешняя вертикальная сетка местами лежит на опалубке, в вертикальных стержнях не оставлены концы для увязки с армированием покрытия.

Из-за небрежной разработки рабочих чертежей фундамента под трансформаторы, были большие переделки в каземате №12.

<...>

Командование, партийно-политическое и профсоюзное руководство не использует всех рычагов массово-политической работы и до сих пор не мобилизовало активности рабочих масс на борьбу за выполнение плана в поставленные сроки; в должной мере не было развернуто соцсоревнование и ударничество вокруг основных вопросов борьбы за действительный хозрасчет, за высокое качество и производительность труда, за большевистские темпы работы.

<...>

Вскрытые обследованием недочеты свидетельствуют о глубоком прорыве в производственной, хозяйственной и финансовой работе участка крепостного У HP, почти полном отсутствии живого конкретного инструктажа на участках со стороны У HP, на что обращаю внимание Начальника Инженеров Черного Моря тов. Вейнгера и ставлю на вид бывшему Начальнику Управления тов. Цигурову, а также Начальнику Управления тов. Косовичу.

Ввиду явной невозможности закончить строительство батареи №30 в указанный Правительством срок – 1 июля 1933 г. вынужден в срочном порядке возбудить ходатайство перед Народным Комиссаром по Военным и Морским Делам – об установлении новых по моему мнению вполне реальных, сроков для окончания работ, а именно:

1. По башенному массиву: закончить к
А) Основные строительные работы – 20.07.1933
Б) Монтажные работы ЛМЗ – 15.08.1933
В) Монтажные работы ЭМС – 15.08.1933
Г) Монтажные работы СТС – 01.11.1933
Д) Доделки по массиву и сдача в эксплуатацию – 15.09.1933

2. По компосту (надземная часть).
А) Основные строительные работы – 10.09.1933 Б) Монтажные работы ЭМС – 01.10.1933
В) Монтажные работы СТС – 01.10.1933
Г) Доделки по компосту и сдача в эксплуатацию – 01.10.1933

3. Потерны и подземная часть компоста.
А) Основные строительные работы – 15.10.1933
Б) Оборудование – 01.10.1933
В) Доделки по компосту и сдача в эксплуатацию – 10.11.1933

Одновременно принимаю меры к ускорению доставки из Центра недостающего артиллерийского и технического оборудования...».

К середине 1934 г. был завершен монтаж внутреннего оборудования, инженерных коммуникаций и произведен пробный отстрел обеих орудийных башен и первой очереди системы управления стрельбой «Баррикада». Батарея номинально вступила в строй, хотя различные доделки и исправления на ней велись еще в течение шести лет.

В 1936 г. на КП батареи начали монтаж второй очереди системы управления стрельбой. Основным ее элементом являлся горизонтальнобазный дальномер – электромеханический планшет-построитель предназначенный для определения координат цели. Сложность монтажа заключалась в том, что помещение центрального поста находилось на 37-метровой глубине под землей, а габариты существующей шахты и наземного входа в блок КП были слишком малы. Для опускания приборов пришлось пробить в скальном грунте дополнительный вертикальный шурф и соединить его с помещениями подземной части КП горизонтальной выработкой. После завершения монтажа выработка была заложена бетонными блоками, а шурф засыпан грунтом. Полностью батарея была введена в строй в 1940 г.


Устройство батареи

Башенная береговая батарея №30 состояла из следующих основных сооружений:
– орудийного блока с двумя башнями;
– командного пункта с боевой рубкой, бронированной дальномерной рубкой, центральным постом и радиорубкой;
– отдельного блока электрической трансформаторной подстанции.

На вооружении батареи находились четыре 305-мм пушки в 52 калибра длиной. Из них три (№142, 145 и 158) имели удлиненную камору Военного ведомства (марка орудия «СА»). Четвертая пушка (№149), несмотря на маркировку «СА», имела укороченную на 220 мм камору, как у орудий Морского ведомства (марки «МА»). Последнее недоразумение выявилось только при испытательных стрельбах в 1934 г. Ввиду того, что разнотипность орудий особого влияния на рассеивание при залповой стрельбе не оказала, комиссия по приемке батареи решила оставить пушку на месте, но использовать для нее специально подобранные по весу заряды.

Неоднократно указывавшаяся в работах различных авторов информация о том, что якобы 30-я батарея вооружалась орудиями с погибшего в 1916 г. линкора «Императрица Мария» не соответствует действительности.

Башенные артиллерийские установки 30-й батареи «МБ-2-12» по своему устройству были практически идентичны башенным артиллерийским установкам фортов «Красная Горка» и «Ино» Кронштадтской крепости и башням 35-й батареи, за исключением системы подачи боеприпасов из погребов в перегрузочные отделения. На 35-й батарее снаряды и заряды выталкивались из погребов по специальным трубам, а на 30-й они выкатывались по роликовому транспортеру (рольгангу). Кроме того, в самих перегрузочных отделениях вместо перемещавшихся вручную зарядных тележек была установлена вращающаяся платформа с приводом от электродвигателя.

Хранение снарядов в погребах осуществлялось в штабелях, а их подача к транспортерам перегрузочных отделений – с помощью храповых тележек на монорельсах. Полузаряды хранились в погребах в штатных металлических футлярах на стеллажах сотового типа.

Для производства работ по замене орудийных стволов и ремонта башен батарея имела штатный 75-тонный железнодорожный кран. Для обеспечения маскировки и защиты крана при обстреле с моря для него построили специальное убежище в районе городка батареи.

Одноэтажный орудийный блок батареи длиной около 130 м и шириной 50 м имел в тыльной части два входа с броневыми дверьми и тамбур-шлюзами, защищенных коленчатыми сквозниками. Для сообщений между собой 72 помещений блока внутри него проходил продольный коридор длиной около 100 м и шириной 3 м. В блоке находились колодцы орудийных установок, снарядные и зарядные погреба, местный центральный пост с резервной группой приборов управления стрельбой, силовая станция, котельная, компрессорные и насосная станции, фильтровентиляционное оборудование, жилые и служебные помещения для личного состава. Под полом помещений располагались емкости для запасов топлива, масла и воды и проходили инженерные коммуникации. Общая площадь помещений орудийного блока батареи составляла около 3000 м2.

Все казематы орудийного блока имели сводчатые покрытия из монолитного железобетона толщиной от 3 до 4 м с жестким противооткольным слоем из стальных швеллеров №30 и изолирующей прослойкой из асфальтобетона.

Командный пункт батареи, расположенный на возвышенности в 650 м северо-восточнее орудийного блока, соединялся с последним потерной глубокого залегания пробитой в скальном грунте на глубине до 38 м. Наземная часть КП представляла собой железобетонный блок размером 15х16 м с толщиной стен и перекрытий до 3,5 м. Внутри блока находились радиорубка с помещением для аккумуляторов и кубрик личного состава. Вход в блок снабжался тамбур-шлюзом, закрывался броневой дверью и коленчатым сквозником. В железобетонное покрытие блока была вмонтирована броневая рубка «КБ-16» (толщина брони стен – 406 мм, крыши – 305 мм) с четырьмя смотровыми щелями и оптическим визиром командира батареи типа «ПКБ» (впоследствии замененным на «ВБК-1»).

В 50 м от блока, соединенная с ним крытым ходом сообщения, на бетонном основании размещалась вращающаяся дальномерная рубка «Б-19» с 10-метровым стереоскопическим дальномером фирмы «Цейсс» и стереотрубой «СТ-5» 5-метровой базы, защищенная 30-мм броней.

В подземной части КП, расположенной на глубине 37 м в виде обделанного бетоном тоннеля длиной 53 м и шириной 5,5 м, находились: главный центральный пост батареи, автономная электростанция и котельная с запасами топлива, фильтровентиляционная установка и помещения для личного состава.

В главном центральном посту располагалась основная группа системы управления стрельбой (ПУС) системы «Баррикада» в составе построителя горизонтальнобазного дальномера (ГБД), трансформатора азимута и дистанции (ТАД), автомата прямого курса (АПК) и ряда других приборов.

Построитель ГБД принимал целеуказание от шести выносных наблюдательных постов, расположенных на мысе Керменчик, у деревни Мамашай, на бывшей береговой батарее №7 (Северная сторона Севастополя), на бывшем форте «Литер-А» (район бухты Стрелецкая), мысе Фиолент и горе Кая-Баш. Каждый пост представлял собой железобетонное сооружение легкого типа в котором размещались оптический стереодальномер 6-метровой базы «ДМ-6» и визир конца базы типа «ГО». Ночная стрельба обеспечивалась двумя передвижными прожекторными станциями типа «3-15-4» для которых на берегу построили железобетонные укрытия.

Наземная и подземная части КП соединялись между собой вертикальной шахтой с электрическим лифтом и лестницей.

650-метровая потерна глубокого залегания, соединявшая КП с орудийным блоком, имела небольшой уклон к середине, откуда имелось перпендикулярное ответвление служившее водостоком. В него выходили канализационные и дренажные трубы, проложенные под полом потерны. На участке между водостоком и орудийным блоком потерна имела еще одно выходящее на дневную поверхность ответвление, служившее запасным выходом. К нему пристроили убежище расположенного рядом караульного помещения.

Трансформаторная подстанция, предназначенная для питания батареи электроэнергией от городской высоковольтной сети, располагалась в отдельном бетонном блоке расположенном в 50 м юго-западнее орудийного блока (бывшее убежище для орудий). Подстанция имела вход с коленчатым сквозником и пять помещений, соединенных коридором. В них располагались: понижающий трансформатор мощностью 180 кВА для преобразования трехфазного переменного тока напряжением 6000 В в ток напряжением 400 В, электромашинный преобразователь переменного тока напряжением 400 В в постоянный напряжением 220 В и дизель-генератор мощностью 50 кВт. Часть помещений имела окна для естественного освещения и вентиляции. Блок подстанции был выполнен аналогично орудийному блоку (сводчатые покрытия толщиной 2-2,5 м на стальных гнутых швеллерах). В верхней части блока имелся ввод высоковольтной воздушной линии электропередачи проведенной к батарее с Северной стороны Севастополя.

Внутри орудийного блока располагалась еще одна трансформаторная подстанция с двумя трансформаторами мощностью по 320 кВА. Она получала питание от городской высоковольтной сети по двум независимым подземным кабельным линиям.

Для автономного обеспечения электроэнергией потребителей батареи, в ее орудийном блоке оборудовали силовую станцию состоявшую из двух дизель-генераторов «6БК-43» мощностью по 370 кВт и двух электромашинных преобразователей. Командный пункт имел собственный дизель-генератор. Запасы топлива и масла для дизелей хранились в подземных емкостях. Аварийное питание сетей освещения, связи и сигнализации обеспечивалось аккумуляторной батареей большой емкости.

Водой батарея обеспечивалась от двух независимых источников – незащищенного шахтного колодца в долине реки Бельбек и защищенной артезианской скважины в орудийном блоке. Из-за большой глубины последней (120 м) подъем воды из нее осуществлялся с помощью эрлифта. Для хранения запаса воды под помещениями блока имелись три резервуара. Для обеспечения водой системы орошения зарядных погребов установили пневмоцистерны (гидрофоры).

Для обеспечения потребителей батареи (башенные установки, силовая станция, эрлифт) сжатым воздухом, в орудийном блоке оборудовали две компрессорные станции.

Коллективная противохимическая защита батареи (в том числе орудийных башен, боевой и дальномерной рубок) обеспечивалась размещенными в орудийном блоке и КП фильтровентиляционными установками с 8-ю группами угольных фильтров типа «ФП-100». Воздух к каждой группе фильтров подавался с поверхности по двум независимым магистралям. Для их защиты от действия взрывной волны установили так называемые «лабиринты», состоящие из пакетов расположенных в шахматном порядке стальных двутавровых балок.

Для поддержания температурно-влажностного режима в помещениях имелась система паровоздушного калориферного отопления (пар вырабатывался двумя подземными котельными). Силовая станция орудийного блока имела воздухоохладительную установку.

Противовоздушная оборона батареи состояла из четырех зенитно-пулеметных установок (одной «ДШК» и трех «М-4»). В тылу орудийного блока построены две стационарные позиции (железобетонные казематы с лебедками) для подъема аэростатов заграждения.

Сухопутная оборона состояла из шести железобетонных пятиамбразурных двухэтажных пулеметных огневых точек (ОТ) (в верхнем этаже устанавливался 7,62-мм пулемет «Максим» на поворотном станке, в нижнем находилось убежище и склад боеприпасов), стрелковых окопов и проволочных заграждений. Проходившая в горжевой части батареи шоссейная дорога имела каменную подпорную стену, служившую одновременно стрелковым бруствером.

Башенные установки, входы в орудийный блок и КП специальных приспособлений и амбразур для самообороны не имели. Орудийные башни также не имели наружных дверей. Вход в них осуществлялся только из подбашенных отделений.

Для связи с другими батареями Главной базы ЧФ и вышестоящим командованием батарея имела передающую и приемную радиостанции (с радиоаппаратурой «Шквал», «Бухта», «Рейд», «5АК-1» и «6ПК») и телефонную станцию с тремя коммутаторами. Внутренняя связь обеспечивалась телефонной сетью корабельного типа. Для сигнализации применялись электрические ревуны. Связь боевых постов внутри башенных установок осуществлялась с помощью переговорных труб.

Личный состав батареи в мирное время размещался в ее городке, где построили жилые дома для командного и казармы для рядового состава. В боевой обстановке для обеспечения длительного нахождения личного состава в орудийном блоке и в КП оборудовали каюты и кубрики личного состава, гальюны, умывальники, душевые. Для приготовления пищи имелся камбуз с провизионной кладовой. Для командного состава оборудовали кают-компанию. Медицинская помощь раненым и пораженным отравляющими веществами могла оказываться в медпункте, состоявшем из операционной, смотрового кабинета с рентгеновским аппаратом, изолятора и аптеки.

При вступлении батареи в строй в 1934 г. ее командиром был назначен военмор Д. Панников. Затем батареей командовал Е.П. Донец (впоследствии – полковник, заместитель начальника Артиллерийского отдела ЧФ). В ноябре 1937 г. в командование батареей вступил старший лейтенант Г.А. Александер.

Таким образом, к началу Великой Отечественной войны 22 июня 1941 г. батарея №30 представляла собой мощнейшее фортификационное сооружение, обладающее высокой живучестью и внушительной боевой силой.

Аватара пользователя

Автор темы
Wseb2net
Полковник
Полковник
Спонсор форума
Спонсор форума
Сообщения: 5778
Зарегистрирован: 03 дек 2016
Откуда: С Восточного фронта
Поблагодарили: 18478 раз
Карма: +4/-0

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Wseb2net » 08 мар 2017, 02:43

Продолжение...
Часть II - ОБОРОНА СЕВАСТОПОЛЯ И ПОСЛЕВОЕННОЕ ВОССТАНОВЛЕНИЕ

Участие батареи в боевых действиях

По состоянию на 22 июня 1941 г. батарея №30 входила в состав 1-го отдельного артиллерийского дивизиона Береговой обороны Главной военно-морской базы Черноморского флота «Севастополь». В состав дивизиона входили также 305-мм башенная батарея №35, 203-мм открытая батарея №10 и построенная по мобилизации 102-мм батарея №54. Батареей командовали капитан Г.А. Александер и старший политрук Е.К. Соловьев. Организационно она входила в состав 4-го сектора Севастопольского оборонительного района (СОР), созданного 4 ноября 1941 г. и в состав которого входили части Береговой обороны, а также отходящие к городу части Отдельной Приморской армии.

Сухопутная оборона береговых батарей оборудовалась в виде стрелковых окопов и проволочных заграждений в три ряда. Глубины обороны не было. На башенных батареях, кроме окопов, было построено по 6 – 8 железобетонных ДОТов легкого типа.

К концу октября 1941 г. подвижные части 11-й немецкой армии вышли на подступы к Севастополю и начали его штурм. При отражении первого штурма (с 30 октября по 21 ноября 1941 г.) до подхода основных частей Приморской армии основная тяжесть борьбы с противником легла на береговые батареи и немногочисленные части Севастопольского гарнизона. Уже 1 ноября в 12 часов 40 минут батарея №30 открыла огонь по скоплению мотомехчастей 132-й пехотной дивизии противника в районе станции Альма и селения Базарчик для поддержки 8-й бригады морской пехоты. Было проведено пять стрельб и выпущено 68 снарядов. Противник понес большие потери.

2 ноября батарея №30 вела огонь по мотомехчастям противника в районе Бахчисарая и по скоплению войск в районе деревни Альма-Тархан. Огонь корректировал лейтенант С.А. Адамов. Хотя стрельба велась на предельной дистанции, она была очень эффективной. Вражеская колонна автомашин, танков и бронемашин остановилась в лощине. Враг не предполагал, что до нее может достать наша артиллерия. Первые два тяжелых снаряда разорвались в гуще колонны. Загорелись машины, стали взрываться автоцистерны. Пламя охватило десятки автомашин. Батарея усилила огонь, и снаряды стали рваться все чаще. По подсчетам корректировочного поста, было уничтожено до 100 автомашин, около 30 орудий, шесть танков, около 15 бронемашин и несколько сот гитлеровцев.

В этот же день противник при поддержке танков, интенсивного огня артиллерии и авиации повел наступление в районе Дуванкоя с целью прорваться по шоссейной дороге в Бельбекскую долину. Батальоны морской пехоты (17-й, остатки 16-го и батальон училища Береговой обороны) были поддержаны огнем батареи №30, который корректировал майор Черенок. В результате были уничтожены вражеская батарея в районе Бахчисарая и несколько танков, остальные танки повернули обратно. Было проведено шесть стрельб, выпущено 42 снаряда.

3 ноября батарея №30 своим огнем поддерживала действия 8-й бригады морской пехоты.

С 1 ноября авиация противника резко усилила свою активность на севастопольском направлении. Она наносила удары по боевым объектам Главной базы, в том числе и по береговым батареям №30, 10 и другим, а так же по кораблям, находившимся в базе. Для прикрытия советских войск в районе Кача – Бельбек действовали 76-мм 214, 215, 218и 219-я зенитные батареи.

4 ноября вражеские войска произвели несколько атак в районе деревня Мамашай – деревня Аранчи. На участке 8-й бригады морской пехоты враг попытался захватить высоту 158,7. Все атаки были отбиты при поддержке батарей №№10, 30 и 724 и двух зенитных батарей.

В 14 часов 30 минут противник силою до полка атаковал на участке 3-го полка морской пехоты, батальона Военно-воздушных сил, 19-го батальона морской пехоты, а также правом фланге 8-й бригады, стремясь ворваться в Дуванкойский опорный пункт. В 14 часов 36 минут батарея №30 открыла огонь по атакующему противнику. Огонь корректировал лейтенант Л.Г. Репков. Огонь крупнокалиберными шрапнельными снарядами был исключительно эффективен и меток. Гитлеровцы потеряли два орудия с машинами, минометную батарею, около 15 пулеметов и до двух батальонов пехоты. В этот день батарея провела девять стрельб и выпустила наибольшее за первый штурм количество снарядов – 75.

6 ноября Местный стрелковый полк Береговой обороны при огневой поддержке батарей №10, 30 и других отразил попытку гитлеровцев перейти в наступление в Северном секторе в районе Аранчи – Мамашай.

8 ноября было решено поддержать контратаку 7-й бригады морской пехоты на Мекензиевых Горах огнем батареи №30, причем использовать мощный огонь шрапнелью, несмотря на опасность поразить своих. Для артиллерийской подготовки были привлечены также береговые батареи №2 и 35. Руководство и контроль за обеспечением артиллерийской подготовки береговыми батареями при наступлении бригады были поручены начальнику артиллерии береговой обороны подполковнику Б.Э. Файну. Подполковник Б.Э. Файн лично выехал на батарею №30, чтобы проинструктировать ее командира Александера о том, что только его батарея должна была вести огонь шрапнелью. Расчеты произвели таким образом, чтобы первый залп был перелетным.

За три дня боев батарея №30 уничтожила трехорудийную батарею противника, несколько минометных батарей, до двенадцати пулеметных точек, был разбит воинский эшелон, уничтожено и рассеяно до двух батальонов, зафиксированы прямые попадания в колонну бронемашин и танков противника.

В период с 1 по 7 ноября 1941 г. батарея №30 стреляла очень интенсивно, проводя в день от пяти до одиннадцати стрельб и выпуская от 20 до 75 снарядов. В период с 11 и по 16 ноября интенсивность стрельб снизилась до одной – четырех.

Использование береговой артиллерии во время первого вражеского штурма было не совсем рациональным, что вызвалось особыми обстоятельствами начального периода обороны Севастополя. Береговую артиллерию приходилось использовать по целям, по которым хорошо могла вести огонь полевая артиллерия, только из-за практически полного ее отсутствия до подхода артиллерии Приморской армии, а затем из-за недостатка у нее боеприпасов.

Всего у артиллеристов Береговой обороны имелось 20 корректировочных постов, размещавшихся на передовом рубеже во всех секторах обороны. Корректировать огонь любой батареи мог каждый пост, что обеспечивало, в случае необходимости, сосредоточение огня в любом секторе. Корректировочные посты имели радио- и линейную связь. Иногда практиковалась выброска корректировочных постов в тыл противника, что обеспечивало большую эффективность огня. Всего за время первого штурма батарея №30 провела 77 стрельб и выпустила 517 снарядов.

После окончания первого наступления гитлеровцев вся артиллерия береговой обороны была сведена в отдельную самостоятельную группу во главе с начальником артиллерии Береговой обороны подполковником Б.Э. Файном. Это дало возможность использовать ее более рационально и централизованно. В приказе об использовании артиллерии была сделана оговорка: «Ввиду малой живучести орудий береговую и корабельную артиллерию для ведения огня привлекать каждый раз с особого разрешения штаба артиллерии Севастопольского оборонительного района по заявкам начальников артиллерии секторов».

16 ноября во время боевой стрельбы в первой башне на левом орудии вырвало орудийное кольцо в месте крепления приемника и сорван шток приемника. Силами Артремзавода в течении семи дней авария была устранена, орудийное кольцо и шток приемника были заменены на новые, взятые в учебном классе Севастопольского училища береговой обороны имени ЛКСМУ.

8 декабря 1941 г. Военный совет Черноморского флота наградил ряд бойцов и командиров батареи №30: командира батареи капитана Александера Георгия Александровича орденом «Красного Знамени», лейтенанта Адамова Саркиса Оганезовича медалью «За Отвагу»; медалью «За боевые заслуги»; старшего сержанта Лысенко Ивана Сергеевича и краснофлотца Цаподоя Онуфрия Никифоровича.

17 декабря начался второй штурм Севастополя. В период второго штурма батарея №30 стреляла так же интенсивно, как и во время первого. В день проводилось от четырех до четырнадцати стрельб и выпускалось от 8 до 96 снарядов.

Главный удар немецкие войска наносили силами 22-й и 132-й пехотных дивизий по долине реки Бельбек и на Камышлы. Против 4-го сектора действовала 22-я пехотная дивизия и румынский мотострелковый полк. 4-й сектор и батарею №30 обороняли 90-й стрелковый полк и 8-я бригада морской пехоты. В этот день 17 декабря батарея провела 14 стрельб и выпустили 96 снарядов. В результате отхода 8-й бригады морской пехоты и левофланговых частей 3-го сектора создалась угроза прорыва частей противника по долине реки Бельбек, в том числе и к батарее №30. Организованная 18 декабря командованием Севастопольского оборонительного района контратака результатов не дала. Для поддержки контратаки 18 и 19 декабря батарея №30 провела двенадцать стрельб и выпустила 68 снарядов. За два дня по батарее №30 было выпущено противником более 200 снарядов, только калибром от 203 мм и выше.

Для ликвидации прорыва противника, 19 декабря был подписан приказ о выделении личного состава для усиления фронта и создания резерва, по которому к 6 часам 20 декабря следовало сформировать из состава береговых батарей №10 и 30 – две роты по 150 человек, которые направлялись в распоряжение командования Приморской армии.

20 декабря роты были сформированы и переданы в 8-ю бригаду морской пехоты.

21 декабря немецкая 356-мм батарея накрыла огнем батарею №30 и вывела из строя одно орудие.

22 декабря тяжелое положение сложилось для частей 4-го сектора, находившихся севернее реки Бельбек: 90-й стрелковый полк, 40-я кавалерийская дивизия и 8-я бригада морской пехоты весь день отбивали упорные атаки противника и к вечеру 22 декабря с трудом удерживали свои позиции. Противник, подтянув резервы, создал угрозу ударом вдоль долины Бельбек перерезать дорогу на Качу. Ослабленные подразделения 151-го кавалерийского полка под ударами танков были вынуждены отойти в район совхоза имени Софьи Перовской, а остатки 773-го стрелкового полка – к Любимовке. Ввиду явной угрозы прорыва противника по долине реки Бельбек и возвышенности Кара-Тау к морю, что могло привести к окружению советских войск, было решено отвести войска на рубеж реки Бельбек и занять оборону на участке 1 км восточнее деревни Бельбек – Любимовка, а батарею №10 и все артиллерийские ДОТы взорвать. К 10 часам 23 декабря части 4-го сектора были отведены. Эта полоса обороны была очень близко к Севастополю и проходила на расстоянии всего 7–8 км от Северной бухты на одной линии с командным пунктом батареи №30. В 15 часов 40 минут противник силою до полка перешел в наступление в направлении батареи №30 и совхоза им. Софьи Перовской. Наступление вели от деревни Бельбек до моря 22-я немецкая пехотная дивизия и румынский моторизованный полк.

С утра 26 декабря противник силою до полутора полков, введенных из резерва 132-й пехотной дивизии, с танками возобновил наступление. Части Севастопольского оборонительного района, занимавшие оборону от станции Мекензиевы Горы до берега моря, оказались в тяжелом положении. 90-й стрелковый полк с трудом сдерживал натиск противника, который подошел вплотную к батарее №30. Противника удалось остановить и ему не удалось перерезать железнодорожную ветку от станции Мекензиевы Горы до батареи №30. Большую помощь нашей пехоте оказали бронепоезд «Железняков», вышедший к станции Мекензиевы Горы, 265, 905 и 397-й артиллерийские полки и береговые батареи №2 (4x100/50), 12 (4x152/45), 14 (3x13/50), 704 (2x130/55), 705 (2x130/55), а также 365-я (4x76) зенитная батарея. Интересно, что, давая условные наименования оборонительным объектам Севастополя, немцы назвали огневую позицию 30-й батареи «Форт Максим Горький I», а ее командный пункт получил наименование «Шутцпункт Бастион».

Утром 28 декабря противник открыл огонь по всему фронту 4-го сектора, особенно интенсивный на участке от Камышлы до батареи №30 и совхоза имени Софьи Перовской. В 8 часов 25 минут четыре вражеских батальона при поддержке 12 танков атаковали в направлении кордон №1 – станция Мекензиевы Горы и совхоз имени Софьи Перовской в районе батареи №30. К концу дня советские войска не смогли удержать рубеж, и вынуждены были отойти.

30-я батарея попала в очень тяжелое положение, так как ее правый фланг оказался не прикрытым, причем противник создал реальную возможность ее подрыва. Командир батареи выделил из личного состава батареи до двух рот для обороны своего правого фланга. О тяжелом положении батареи было доложено начальнику сектора, который немедленно сформировал из спецчастей батальон и выслал его в образовавшуюся брешь. Несмотря на тяжелое положение, артиллеристы продолжали вести огонь по противнику, выпустив 61 снаряд.

К 12 часам 29 декабря опять создалось тяжелое положение в районе батареи, противник, захватив городок батареи и начал продвигаться к командному пункту. Чтобы ликвидировать грозившую батарее опасность уничтожения, командиру батареи капитану Александеру приказали развернуть башни в сторону противника и использовать одну башню для стрельбы шрапнелью. В 13 часов 30 минут по противнику, находившемуся в районе городка батареи и командного пункта, был открыт огонь с других батарей Береговой обороны и нанесен штурмовой удар авиацией. Последующим ударом частей морской пехоты враг был отброшен, и угроза уничтожения батареи №30 миновала.

С началом Керченско-Феодосийской десантной операции командование 11-й немецкой армии было вынуждено перебросить 170, 132-ю и часть 50-й пехотных дивизий на Керченское направление и отвести оставшиеся под Севастополем войска на 1 – 2 км от советского оборонительного рубежа.

В течении 6 – 8 января войска 4-го сектора перешли в наступление с целью улучшения своих позиций вокруг батареи №30 в районе долины реки Бельбек и деревни Любимовка.

За время боев батарея №30 выпустила по противнику по разным данным от 1034 (Журнал боевых действий 1-го ОАД) до 1234 снарядов и полностью расстреляла свои стволы. Требовалось срочно заменить стволы, причем сделать это скрытно от противника. Сложность замены стволов заключалась в том, что батарея находилась всего лишь в 1,5 км от переднего края и была отлично видна со стороны противника. Был разработан подробный план работ, в основу которого была положена идея командира БЧ-5 35-й батареи воентехника 2 ранга Лобанова по смене стволов без использования крана вручную с использованием домкратов и талей. Большую помощь в разработке этого плана оказали мастер С.И. Прокуда, и военинженер 3 ранга Менделеев, которые предложили произвести замену орудий, не снимая горизонтальной брони с башни, а лишь приподняв ее и вставив новые тела орудий, что позволило значительно сократить сроки работ. Это предложение было поддержано представителями Артиллерийского отдела Черноморского флота военинженером 1 ранга А.А. Алексеевым и полковником Е.П. Донцом, а также утверждено командованием Береговой обороны. Решили, что работами в одной башне будет руководить мастер С.И. Прокуда со своей бригадой (завод «Большевик»), а в другой – мастер И. Сечко со своей бригадой (Ленинградский Металлический завод). Огромную работу провел личный состав башен, возглавляемый командирами башен В.М. Полем и А.В. Телечко, где среди бойцов и младших командиров было много хороших специалистов.

Работы начались 25 января. Использовать имеющийся на батарее 100 тонный кран было невозможно, т. к. во-первых, он был сильно поврежден, а во-вторых, его использование привело бы к нарушению скрытности работ. Было решено менять стволы только ночью или в условиях плохой видимости. Ночью 30 января паровозом подтянули первое орудие к башням. Когда паровоз, толкавший впереди себя платформу с телом орудия, вышел на возвышенность, где располагались башни, просматривавшиеся противником, тендер паровоза въехал на засыпанную снарядную воронку сошел с рельсов и стал погружаться в размокший от дождей грунт. Личный состав батареи подтянул вручную платформу с орудием к башне и разгрузил ее. В это время под обстрелом противника бригада во главе с инженером дивизиона И.В. Андриенко к рассвету поставила тендер на рельсы и восстановила путь. Утром, еще в темноте, паровоз ушел в Севастополь за другим орудием, так и не обнаруженный противником. 11 февраля батарея была в полной боевой готовности.

После ввода в строй батареи №30 был проведен митинг, на котором выступили командующий Черноморским флотом и Севастопольским оборонительным районом вице-адмирал Октябрьский, член Военного Совета Черноморского флота дивизионный комиссар Кулаков и командующий Приморской армией генерал-лейтенант Петров. Личному составу были вручены ордена и медали. Орден Красного Знамени получил командир батареи капитан Г.А. Александер.

В составленном Отделом боевой подготовки Штаба Черноморского флота документе «Краткие итоги боевых стрельб береговых батарей БО ГБ ЧФ за 7 месяцев обороны Севастополя 30.10.1941 – 31.05.1942.» отмечалось: «Батарея №30 провела 161 стрельбу, из них: 18 по танкам, 12 по автомашинам, 34 по батареям, 22 по пехоте, 16 по населенным пунктам, 59 по другим целям. Израсходовано 1034 выстрела, максимальный расход боезапаса на одну стрельбу – 41 (на стрельбу по Бахчисараю), минимальный – 1.

Большинство стрельб произведено на дистанции 60–80 каб, 22% на дистанции более 100 каб. Прямой наводкой проведены 3 стрельбы, с корректировкой 71 стрельба, без корректировки 87 стрельб или 54%.

Результаты огня: разбито и повреждено 17 танков, 1 паровоз, 2 вагона, около 300 автомобилей с войсками и грузами, уничтожено 8 минометных и артиллерийских батарей, до 15 отдельных орудий, 7 огневых точек, до 3000 человек пехоты. Кроме того, огонь такой батареи наводил на врага огромный моральный эффект.

Большим недостатком является то, что 54% всех стрельб произведено без корректировки, результат их неизвестен. (Безусловно, мало эффективен)».

К началу третьего штурма 305-мм батареи Севастополя были обеспечены боезапасом в среднем по 1,35 боекомплекта, или по 270 снарядов на орудие. По состоянию на 20 мая для восьми 305-мм орудий батарей №30 и 35 в Севастополе было 1695 снарядов. Для батарей это количество снарядов было предельным, так как после израсходования указанного числа снарядов тела орудий изнашивались и требовали замены.

По состоянию на 30 мая 1942 г. личный состав 30-й батареи состоял из 22 командиров и 342 краснофлотцев.

Во второй половине дня 6 июня 1942 года противник применил для обстрела батареи №30 сверхмощную артиллерию – две 600-мм мортиры «Карл». Ему удалось вывести из строя вторую башню, в которой была пробита броня и повреждено орудие. Кроме того, на позицию батареи авиация противника сбросила 1000-кг бомбы. В ночь на 7 июня башня усилиями бригады рабочих под руководством бригадира С. И. Прокуды и личного состава батареи была введена в строй, но могла действовать только одним орудием.

7 июня произошло попадание 600-мм снаряда в первую башню. Второе попадание было в бетонный массив батареи, снаряд пробил трехметровый железобетон и повредил отделение химических фильтров батареи.

В течение 9 и 10 июня артиллерия Приморской армии и Береговой обороны вела огонь по боевым порядкам наступавшей пехоты, танкам и артиллерийским позициям противника, который вклинился в боевые порядки обороняющихся советских войск на участке 4-го сектора и создал угрозу прорыва в районе батареи №30. Особенно эффективным был огонь батареи №30 и батарей 18-го гвардейского артиллерийского полка.

К 10 июня батарея №30 могла стрелять только двумя орудиями, по одному орудию в каждой башне. Инженерные сооружения сухопутной обороны были полностью разрушены и завалены. Бруствер представлял собой бесформенную массу камней, осколков металла и воронок, ДОТы – уничтожены.

В течение 11 июня войска Севастопольского оборонительного района вели бои, направленные на улучшение положения батареи №30 и ликвидации прорыва противника.

Командующий Приморской армии генерал Петров предложил контратаковать вклинившегося противника с двух направлений: из 3-го сектора и района батареи №30. Для поддержки действий пехоты начальник Береговой обороны генерал Моргунов приказал выделить норму необходимого боезапаса и указал при этом, чтобы больше расходовали боезапас батареи №30, которая находилась непрерывно под авиационными ударами и обстрелом 600-мм мортир, а также под постоянной угрозой окружения.

Всего за время третьего штурма батарея израсходовала 656 снарядов.

Противник всеми силами старался уничтожить 30-ю батарею и ежедневно обстреливал ее из тяжелых орудий. Только 14 июня противник выпустил по батарее свыше 700 снарядов. Немецкая авиация с ожесточением бомбила ее, но успеха не имела, 15 июня на батарею было произведено до 600 самолетоналетов.

15–17 июня 1942 г. противник силами от двух до четырех полков с танками 132-й пехотной дивизии проводил наступление (силы противостоящих советских войск составляли не более полутора-двух полков) рассчитывая захватить деревню Буденовку и окружить батарею №30. При этом просочившаяся 15 июня в район совхоза Софьи Перовской группа немецких автоматчиков перерезала воздушную и подземную линии связи батареи №30 с городом. 16 июня перестала действовать и радиосвязь, так как были уничтожены все антенны, а попытки связаться с помощью подземной антенны не увенчались успехом.

17 июня батарея №30 была окончательно блокирована противником. В помещениях окруженной батареи осталось около 250 человек личного состава и бойцов 95 стрелковой дивизии и морских пехотинцев. В соответствии с указаниями командования береговой обороны, в случае блокирования батареи противником, личный состав батареи должен был вырываться из окружения тремя группами, причем последняя группа должна была взорвать батарею. Первая группа в количестве 76 бойцов во главе с инструктором политотдела береговой обороны Калинкиным вышла, но частью была перебита немцами, части группы удалось прорваться и доложить командованию Береговой обороны о положении на батарее. Остальной личный состав затянул выход, при этом противник, обнаружив выход первой группы, усилил свой огонь по выходам из массива батареи и сделал дальнейший прорыв невозможным.

На совещании у вице-адмирала Октябрьского было внесено предложение попробовать прорвать линию блокады батареи, освободить ее гарнизон и подорвать батарею. 18 июня попытка прорыва к позициям батареи №30 при поддержке артиллерии Береговой обороны не увенчалась успехом из-за интенсивного противодействия вражеской авиации и артиллерии, одновременно противник возобновил наступление.

Ночная попытка гарнизона 18 июня прорваться к своим войскам не удалась.

Началась осада и штурм батареи.

В переводе с немецкого издания «Дополнения к докладной записке об иностранных укреплениях», изданного в 1943 г. в Берлине Инженерным управлением ВМС в главе «Борьба за Севастополь» говорилось:

«В подготовке штурма приняли участие батареи среднего, крупного и сверхкрупного калибров, сделав с 6.06 по 17.06.42 г. (день штурма) около 750 выстрелов, из них половину до полудня 17.06. В половине второго 17.06 – было сброшено на полевые сооружения пикировщиками 20 бомб.

Сосредоточенным артиллерийским обстрелом проволочные заграждения были прорваны, а минные поля засыпаны.

Воронки, образовавшиеся в результате разрывов бомб и мин, облегчили наступление атакующих войск. Гарнизон внешнего оборонительного пояса был большей частью уничтожен, а входящие в состав его легкие оборонительные сооружения разбиты.

Западная броневая башня получила боковое попадание, благодаря которому одно орудие было полностью, а другое частично выведено из строя, восточная башня получила прямое попадание в амбразуру, которое вывело из действия оба орудия. Подземный ход к дальномерной установке был засыпан, все входы и железобетонное покрытие каземата остались почти нетронутыми. На защитников батареи обстрел (по их показаниям) не произвел никакого впечатления.

Для штурма батареи были назначены 213-й полк, 1-й и 2-й батальоны, 132-й саперный полк и 1-й батальон 173-го саперного полка.

Ранним утром и до полудня 17.06.42 был предпринят штурм в направлении противотанкового рва, отрытого к востоку от батареи поперек водораздела. Противник оказал упорное сопротивление. Огневые точки, стрелявшие по фронту и флангам, были приведены к молчанию посредством пехотного и артиллерийского огня.

1-й и 2-й батальоны 132-го саперного полка атаковали фортификационные сооружения, расположенные перед батареей. 122-й пехотный полк атаковал сооружения, расположенные на южном и западном склонах горы. Продвижению атакующих частей весьма препятствовали сильный артиллерийский и минометный огонь противника из долины реки Бельбек и расположенных к югу склонов, а также огонь снайперов и контратаки.

Около половины третьего пополудни в результате повторной атаки западный склон горы был занят. Подход к командному пункту на восточной оконечности подземного хода был также занят.

В 2 часа 45 минут второй батальон 213-го полка начал атаку восточного склона и в 3 часа 15 минут достиг разрушенного фортификационного сооружения на отметке +400 м, к востоку от первой бронированной башенной установки, а первый батальон 173-го саперного полка под защитой пехотного огня атаковал башенную установку. В 3 часа 45 минут шесть саперов проникли со связками ручных гранат в установку и уничтожили ее гарнизон. Гарнизон второй установки яростно отстреливался ружейным огнем из амбразурных отверстий, пробитых артиллерийскими снарядами в броневых листах башни. Атака саперов увенчалась успехом лишь благодаря фланговому обстрелу установки пехотными частями. Противник был уничтожен ручными гранатами. В это время, наступавшая по северному склону пехота, смогла установить контроль над западным склоном. В 4 часа 30 минут саперы в результате нескольких повторных попыток достигли сильно обороняемых главных входов, для заграждения входов были установлены пулеметы. В результате этих действий гарнизон был заперт в блоках».

В следующие дни противник пытался выкурить защитников батареи из помещений с помощью подрывных зарядов, бензина и горючих масел. В результате взрывов в башенных установках произошли сильные пожары и помещения заполнились дымом. 22 июня 6-й батальон 173-го саперного полка был заменен 3-м батальоном 2-го саперного полка.

25 июня 1942 г. командир батареи майор Г.А. Александер вышел через водосток и на следующий день был захвачен в плен, а затем расстрелян. 26 июня ударная группа противника ворвалась внутрь блока и захватила 40 пленных. Большая часть гарнизона погибла от взрывов или задохнулась в дыму.
6573 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
30-я батарея сыграла важную роль в героической обороне Севастополя 1941–1942 гг. Всего за время войны батарея №30 выпустила около 2000 снарядов, более точное количество из-за отсутствия документов подсчитать невозможно. В составе 1-го отдельного артиллерийского дивизиона Главной базы Черноморского флота вместе с башенной батареей №35 она являлась своеобразным «костяком» системы артиллерийской обороны крепости и нанесла противнику серьезный урон в живой силе и технике. 18 июня 1942 г. приказом наркома военно-морского флота СССР №136 1-й ОАД был преобразован в гвардейский.


Восстановление и послевоенная служба

После освобождения Севастополя в 1944 г. началось восстановление объектов береговой обороны Главной базы ЧФ. На железнодорожной ветке, ведущей к позиции батареи №30, были оборудованы постоянные позиции для железнодорожной батареи №16. На вооружении этой батареи состояли четыре 180-мм железнодорожные артиллерийские установки ТМ-1-180. Однако для более надежной обороны морских подступов к Севастополю Главнокомандующий Военно-морского флота СССР принял 13 января 1947 г. решение №0010 о восстановлении башенной батареи №30 с использованием существующих фортификационных сооружений.

Проект восстановления и реконструкции батареи был разработан Мосвоенморпроектом Главного инженерного управления ВМФ под руководством инженер-майоров Маева и Назаренко и утвержден Военно-морским министром 16 июня 1950 г.

Ввиду невозможности восстановления сильно поврежденных в 1942 г. 305-мм двухорудийных башенных установок МБ-2-12 их было решено демонтировать и заменить двумя трехорудийными башенными установками того же калибра снятыми с линкора «Фрунзе» (бывший «Полтава»).

Две башни (вторая и третья) с этого корабля еще в начале 1930-х гг. были установлены на батарее №981 им. Ворошилова во Владивостоке. Оставшиеся башни (первую и четвертую) в 1940 г. планировалось установить на острове Руссарэ (военно-морская база Ханко Балтийского флота), однако начавшаяся война помешала сделать это. В 1941 г. вращающаяся броня одной из башен, лежавших разобранными на территории Ленинградского Металлического завода им. Сталина, была использована при строительстве огневых точек сухопутной обороны Ленинграда.

3 июля 1948 г. Совет Министров СССР принял постановление №2417-1009сс о завершении изготовления этих башенных установок на Ленинградском Металлическом заводе.

Башни были существенно модернизированы. Путем изменения конструкции механизмов заряжания и переходу к постоянному углу заряжания 6 градусов (прибойники были сняты с качающихся частей орудий и установлены стационарно на боевом столе башни) удалось повысить скорострельность до 2,25 выстрелов в минуту. Угол возвышения орудий увеличением подъемных секторов довели с 25 до 40 градусов, что позволило повысить дальность стрельбы этих артиллерийских установок со 127 до 156 кабельтовых (снарядом образца 1911 г.).

Противооткатные устройства также подверглись модернизации. Вместо тормоза отката безвакуумного типа установили тормоза отката вакуумного типа и независимый пневматический накатник с плавающим поршнем. В конце 1952 – начале 1953 гг. качающиеся части прошли заводские испытания и проверены стрельбой на полигоне.

Еще шесть орудий были привезены в Севастополь и сданы на хранение в артиллерийский арсенал ЧФ в качестве запасных.

Некоторым изменениям подверглось и бронирование башен. В 1952 г. Ижорский завод изготовил утраченную во время войны вращающуюся броня 2-й установки. Для 1-й была изготовлена новая горизонтальная броня (крыша башни) толщину которой увеличили с прежних 76 до 175 мм. Вертикальная броня на ней осталась прежняя – «полтавская». В связи с установкой в башне лейнированных орудий, для быстрой смены лейнеров в задних стенках башен были сделаны люки, закрывающиеся броневыми крышками. Толщину неподвижной брони (кирасы) увеличили с 254 до 330 мм.

Относительно малая глубина колодцев в бетонном массиве батареи, рассчитанных на береговые башенные установки «МБ-2-12» (с расположением снарядных и зарядных погребов на одном уровне), не позволяла установить в них бывшие корабельные установки без кардинальных переделок их нижних частей, которые существенно изменили устройство механизмов подачи боезапаса к орудиям. Коническую часть подачных труб корабельных башенных установок пришлось обрезать вместе с оборудованием для подъема нижних зарядников, а бывшее перегрузочное отделение переделать так, чтобы загрузку боезапаса можно было производить непосредственно в верхние зарядники.

Снаряды каждой башни хранились в двух снарядных погребах, уложенные в пять рядов на полках механизированных стеллажей. Левый погреб «питал» левое орудие башни, а правый – среднее и правое. В каждом погребе находилось по шесть таких стеллажей, каждый из которых имел свой подъемный лоток с ручным приводом. С помощью этих лотков снаряды опускали с полок, а затем подавали по системе транспортеров в перегрузочное отделение на кольцевой вращающейся желоб. Желоб представлял собой жесткое стальное кольцо, вращающееся внутри перегрузочного отделения (независимо от него) вокруг трех шахт зарядников. Полузаряды подавали из пороховых погребов через три специальных шлюза (огнезащитных турникета) и укладывали на желоб вручную. С желоба снаряды подавались на приемные столы перегрузочного отделения и далее с помощи системы поворотных и продольных лотков передвигались к питателям зарядников и сбрасывались в них. Для загрузки в зарядник полузарядов имелись поворотные двухъярусные лотки и механические досылатели. Все механизмы работали как на электроприводе (по 17 двигателей на башню), так и вручную.

Корабельные артиллерийские установки стали, таким образом, ниже на целых два «этажа», соответствующих расположению корабельных зарядных и снарядных погребов. Столь кардинально переделанные артиллерийские системы получили новое обозначение МБ-3-12ФМ.

Поскольку новые артиллерийские установки имели по три орудия каждая, вместо прежних двух, для удобства подачи боеприпасов потребовалось оборудовать дополнительные линии транспортировки снарядов и зарядов. Для этого провели перепланировку внутренних помещений внутри бетонного массива, воспользовавшись наличием двух казематов, прилегающих справа и слева к каждому башенному колодцу и в которые первоначально можно было попасть только из галереи, огибающей жесткий барабан (первоначально в этих казематах находились кладовые башенных запасных частей и инструмента). В одном из таких казематов для транспортировки зарядов прорубили проход в пороховой погреб, а на месте прежнего входа оборудовали шлюз с огнезащитным турникетом. Для ускорения подачи в этом каземате также разместили дополнительный стеллаж, где хранилось некоторое количество зарядов. В другом каземате прорубили проем в снарядный погреб и расширили оригинальный вход, а затем установили два горизонтальных транспортера, соединенных поворотным лотком, образующих транспортную линию, по которой снаряд попадал в перегрузочное отделение. Для размещения увеличенного количества боеприпасов (1080 выстрелов на батарею вместо прежних 800) в снарядных погребах пришлось изменить систему хранения (вместо прежних штабелей установить стеллажи), а число зарядных погребов увеличить, оборудовав из бывших кубриков личного состава и других вспомогательных казематов еще три дополнительных погреба (один для 1-й башни и два – для 2-й). Проход, соединяющий один из первоначальных погребов со снарядным погребом, пришлось замуровать и прорубить рядом дверной проем в бывшие кубрики, ставшими пороховыми погребами. Можно себе представить, сколь тяжких трудов стоила такая перепланировка.

Значительной реконструкции подвергся командный пункт батареи. Установка на нем радиолокационной станции орудийной наводки потребовала строительства специальной железобетонной рубки для размещения вращающегося антенного устройства, накрытого сверху радиопрозрачным стеклопластиковым колпаком. В помещениях наземной части КП дополнительно пришлось разместить аппаратный и агрегатный посты РЛС, что повлекло за собой переделку входа (часть прежнего коленчатого сквозника была использована для установки аппаратуры, а к оставшейся пристроили новый прямой сквозник со световым колодцем).

Строительные и монтажные работы по восстановлению и реконструкции орудийного блока и командного пункта батареи выполнялись Строительством №74 Севастопольвоенморстоя Черноморского флота (начальник – инженер-полковник Бабурин).

Вместо прежней системы управления стрельбой типа «Баррикада» (приборы и кабельные трассы которой были демонтированы немцами в период оккупации Севастополя) батарея получила опытный образец новейшей системы «Берег-30». Основными отличиями ее были отсутствие горизонтальнобазного дальномера, работающего от сети целеуказательных постов (после появления радиолокационных средств необходимость в нем отпала) и наличие более совершенных центрального автомата стрельбы (прибор «1-Б») и трансформатора азимута и дистанции (прибор «77»). Кроме того, имелся резервный автомат стрельбы (прибор «1-Р»). Целеуказание в систему поступало от располагавшегося в боевой рубке визира «ВБК-2» (экспериментальный образец) с тремя независимыми оптическими системами для командира батареи и наводчиков по азимуту цели и всплеска, бронированной дальномерной рубки «РД-2-8» с двумя 8-метровыми стереодальномерами «ДМС-8» и радиолокационных станции орудийной наводки «Залп-Б» и станции обнаружения «Шкот». Для ночной стрельбы использовались две теплопеленгаторные станции, размещенные севернее и южнее огневой позиции батареи в специальных железобетонных казематах, действующие совместно с расположенными неподалеку от них прожекторами. Для дистанционного управления прожекторами в центральном посту батареи был установлен специальный прибор – «трансформатор азимута прожекторов» (прибор «98»). Предусматривалась также возможность использования целеуказания от самолета-корректировщика (для этого в центральном автомате стрельбы имелся специальный индикатор) и командных пунктов соседних батарей. Возможности системы управления стрельбой позволяли батарее уверенно поражать видимые и невидимые цели, движущиеся со скоростью до 60 узлов.

Увеличившееся по сравнению с довоенным энергопотребление батареи заставило провести реконструкцию ее силового оборудования. В силовой станции орудийного блока были установлены три новых дизеля «6Ч23/30» горьковского завода «Двигатель Революции» мощностью по 450 л.с. с генераторами трехфазного переменного тока мощностью по 320 кВт. (для управления дизелями были даже предусмотрены машинные телеграфы корабельного типа). Башенные электроприводы, работавшие на постоянном токе, снабжались энергией от трех электромашинных преобразователей мощностью по 160 кВт. Отдельные преобразователи вырабатывали энергию для приборов управления стрельбой и средств связи.

Батарея провела первую стрельбу после восстановления в ноябре 1954 г. и вступила в строй как 459-й башенный артиллерийский дивизион и приказом Главного штаба Военно-морского Флота СССР №00747 от 13 ноября 1954 г. Этим же приказом батарея была включена в состав 291-й отдельной артиллерийской бригады Черноморского флота. Первым командиром дивизиона был полковник И. К. Бобух. В состав дивизиона кроме двух 305-мм башен входила 8-орудийная зенитная батарея (57-мм пушки типа «С-60») и четыре зенитно-пулеметных установки.

27 июня 1956 г. дивизион был включен в боевой состав 1-й очереди. В течение двух последующих лет он производил практические и состязательные стрельбы главным калибром. Позже стрельбы производились только из 45-мм учебных стволиков.

10 апреля 1960 г. дивизион был передан в состав 778-го отдельного артиллерийского полка. 1 июля 1961 г. этот полк был расформирован, а дивизион переформирован в 459-ю отдельную артиллерийскую батарею (штат кадра) и переподчинен начальнику ракетных частей флота.

8 сентября 1961 г. батарею перевели на штат мирного времени и возвратили в состав восстановленного 778-го отдельного артиллерийского полка. 20 декабря того же года батарею опять перевели на штат кадра. Впоследствии ее опять переформировали в дивизион, сохранив прежний номер.

15 января 1966 г., в связи со вторым и теперь уже окончательным расформированием 778-го артиллерийского полка, 459-й башенный артиллерийский дивизион был передан в состав 51-го отдельного берегового ракетного полка Береговых ракетно-артиллерийских войск Черноморского флота.

С апреля 1974 г. дивизион находился в составе 417-го отдельного берегового ракетно-артиллерийского полка. В июне 1991 г. полк этот был переформирован в 521-ю отдельную ракетно-артиллерийскую бригаду Береговых войск ЧФ, а в ноябре – в 632-й отдельный ракетно-артиллерийский полк.

Летом 1997 г. согласно договору между Российской Федерацией и Украиной о разделе Черноморского флота, личный состав 632-го полка и входившего в него 459-го башенного дивизиона убыл на Кавказское побережье. Территория бывшего городка батареи и техническая позиция полка были переданы Военно-морским силам Украины. Для содержания вооружения и фортификационных сооружений бывшей 30-й батареи, оставшихся в составе Черноморского флота, в том же году был сформирован 267-й взвод консервации Береговых войск ЧФ.

Летом 2014 г. 30-я батарея отметила 80-летие своего пребывания в составе Черноморского флота.


ПРИЛОЖЕНИЯ

Экспликация помещений к чертежу 1932 г.

Изображение

А. Левая башня, Б. Правая башня, 1. Камера фильтров, 2. Камера фильтров, 3. Пост Начхима, 4. Проход в силовую станцию, 5. Камбуз, 6. Гальюн, 7. Шлюз, 8. Проход, 9. Помещение командира батареи, 10. Вытяжные вентиляторы, 11. Котельная, 12. Трансформаторы, 13. Помещение краснофлотцев, 14. Силовая станция, 15. Вытяжные казематные вентиляторы, 16. Проход, 17. 1-й тамбур, 18. 2-й тамбур, 19. Гальюн, 20. Кубрик комсостава на 8 человек, 21. Вход в потерну к КП, 22. Перевязочный пункт, 23. Аптека, 24. Помещение на 22 краснофлотца, 25. Водоносная станция, 26. Нагнетательные вентиляторы, 27. Местный центральный пост ПУАО, 28. Помещение для дежурного командира, 29. Нагнетательные вентиляторы, 30. Телефонная станция, 31. Аккумуляторная, 32. Мастерская, 33. Инструментальная кладовая, 34. Помещение краснофлотцев, 35. Кладовая, 36. Кладовая связи и приборов, 37. Кладовая электротехническая, 38. Нагнетательные вентиляторы, 39. Гальюн для комсостава, 40. Умывальник, 41. Нагнетательные вентиляторы, 42. Помещение для начсостава на 6 человек, 43. Помещение на 22 краснофлотца, 44. Помещение на 38 краснофлотцев, 45. [?], 46. Продуктовая кладовая и ледник, 47. Снарядный погреб, 48. Снарядный погреб, 49. Зарядный погреб, 50. Зарядный погреб, 51. Ручные гранаты, 52. Кладовая ружейных патронов, 53. Башенная кладовая, 54. Башенная кладовая, 55. Проход, 56. Аккумуляторная телефонной станции, 57. Помещение на 34 краснофлотца, 58. Помещение на 34 краснофлотца, 59. Каюткомпания, 60. Снарядный погреб, 61. Снарядный погреб, 62. Зарядный погреб, 63. Зарядный погреб, 64. Башенная кладовая, 65. Башенная кладовая, 66. Башенная кладовая, 67. Башенная кладовая, 68. Проход, 69. Сквозник, 70. Сквозник, 71. Главный коридор, 72. Центральный коридор, 73. Дымовая камера

Таблица стрельбы русских 305-мм пушек длиной в 52 калибра

Изображение

Сравнительные характеристики
башенных артиллерийских установок МБ-2-12 и МБ-3-12ФМ
305-мм башенной береговой артиллерийской батареи №30, г. Севастополь


Изображение

Источники и литература

1. РГВИА. ф. 504. оп. 9. д. 1014
2. РГВИА. ф. 2000. оп. 1. д. 170.
3. РГВИА. ф. 802. оп. 2. д. 855.
4. РГАВМФ. ф. 609. оп. 3. д. 72.
5. ОЦВМА. ф. 155. д. 9332.
6. ОЦВМА. ф. 136. д. 5091.
7. ОЦВМА. ф. 24. дд. 22630, 22631, 22620, 22621, 22622.
8. ОЦВМА. ф. 109. д. 24009.
9. РГА ВМФ. ф. Р-910. оп. 1. д. 78.
10. РГА ВМФ. ф. Р-891. оп. 3. д. 5394.
11. Хмельков С.А., Унгерман Н.И. Основы и формы долговременной фортификации, М., 1931.
12. Справочник по артиллерии ВМФ СССР. М.–Л., 1944.
13. Моргунов П.А. Героический Севастополь. М., 1979.
14. Дукельский А.Г. Исторический очерк развития проектирования и изготовления башенных установок в России 1886–1917. М., 1931.

Авторы: Н.В. Гаврилкин, Д.Ю. Стогний (с)



12"/52 двухорудийные башенные установки

История создания установки 22 мая 1913 года ГАУ выдало МЗ заказ на первые 6 12"/52 башенных двухорудийных установок, а 12 ноября того же года – еще один заказ на 8 таких же установок. Эти установки предназначались для:

Передача Морведу крепости Петра Великого внесла неразбериху в артиллерийские заказы заводам. Флот стал требовать чуть ли не все артсистемы, состоявшие на вооружении сухопутных войск, в том числе 76-мм пушки обр.1902 г., 76-мм пушки обр.1910 г., 107-мм пушки обр.1910 г. и др. В декабре 1913 года АО ГУ КС заказало МЗ две 12"/52 башенные установки для крепости Петра Великого, а позже – еще две башни. Эти башни планировалось установить по две на острова Нарген и Вульф.

Башенные установки Морского ведомства имели ряд отличий от установок, заказанных Военным ведомством. Так, вертикальная броня спереди и боковая должна быть 305 мм, а сзади 250 мм, броня крыши 150 мм.

Однако Металлический завод не справился в срок с заказом и не сделал целиком ни одной башни, заказанной ГУКС.

В сложившейся ситуации Морвед убедил Ставку передать крепости Петра Великого четыре башни Военного ведомства: две изготовленные для Севастополя и две – для Батума. Для монтажа этих башен были использованы жесткие барабаны, изготовленные МЗ для башен Морведа.
6574 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
Башни для фортов Ино и Красная Горка были изготовлены МЗ сравнительно быстро. Так, первая башня на Красной Горке была испытана стрельбой 9.06.1915 г., а вторая – 5.07.1915 г.

16.10.1915 г. в форту Ино были начаты испытания стрельбой 12"/52 башен №3 и №4. К началу 1916 года все 8 башен обоих фортов были в строю.

В связи с набеговыми операциями крейсера "Гебен" и необходимостью защиты Батумского порта – главной операционной базы русский войск, наступавших в Анатолии, в сентябре 1915 года было решено две из четырех заказанных для Владивостока башен установить в Батуми.

В конце февраля – начале марта 1918 года обе батареи были заняты немцами. Башни батареи №10 на о.Нарген 27 февраля были подорваны личным составом.

14 мая 1918 года были подорваны башенные батареи форта Ино, а сам форт был захвачен финскими белогвардейцами.

№ установки - крепость, примечания

№ 1, 2 - форт Ино ("Николаевский");
№ 3, 4 - форт Красная Горка ("Алексеевский");
№ 5, 6 № 7, 8 - Севастополь, на батареях № 25 и № 26 в районах Херсонеса и Любимовки;
№ 9, 10 - Усть-Двинск;
№ 11, 12, 13, 14 - Владивосток, на батареях № VII (на 55-й высоте полуострова "Муравьев Амурский") и № XIX на о-ве Русском;

№ батареи, Место батареи, Дата ввода в строй, Орудия

№ 10 - о.Нарген, 21.09.1916 г.,4 — 12"/52
№ 15 - о.Вульф, октябрь 1917 г., 4 — 12"/52


12" /52 двухорудийные установки в советский период

Как 12"/52 открытая, так и башенная батареи форта Красная Горка не получили серьезных повреждений в ходе мятежа в июне 1919 года. После подавления мятежа форт был переименован в Краснофлотский. На 1923 год башенная батарея имела номер 1, а открытая батарея – номер 2. Обе батареи входили в 1-й дивизион форта Краснофлотский. К i22.06.1941 г. обе батареи входили в состав 31 О АД Кронштадского укрепленного сектора. Обе батареи вели интенсивный огонь по противнику в 1941-1944 годах. Серьезных повреждений ни одно орудие не получило.

В Севастополе к 1.01.1916 г. были вырыты котлованы и в них смонтирована часть установочных частей башенных батарей №25 (в районе м.Херсонес) и №26 в районе деревни Любимовка, и было доставлено несколько тел орудий СА. Затем работы были законсервированы и возобновились лишь в 1923 году. Отправка частей башенных установок с МЗ в Севастополь была начата 17.09.1927 г. Батарея №25 в 20-х годах именовалась №8 или №8/25. В 1927 году батарея №25 стала батареей №35, а батарея №26 – батареей №30.

Батарея №35 была введена в строй в 1928 году. Тела орудий были только СА (№№ 144, 170, 124, 128). В 1928 году к ним всем имелось лишь 109 снарядов.

Еще через четыре года была введена в строй и батарея №30.

В 1942 году обе батареи вели огонь буквально до последнего снаряда и были взорваны непосредственно перед захватом немцами Севастополя. (Батарея №30 взорвана 16 июня, а батарея №35 – в ночь с 1 на 2 июля).

В 1940 году в связи с возвращением Эстляндии в состав России в состав Б О Балтийского флота вернулась двухбашенная батарея на острове Вульф, который к тому времени именовался Аэгна. Батарея получила №374. После эвакуации Таллина батарея №374 была взорвана личным составом.


Устройство 12"/52 двухорудийных башенных установок

Затвор имел электрический привод. Время открывания или закрывания 8 секунд.

Компрессор гидравлический, наполнен веретенным маслом. Накатник гидропневматический, имел два цилиндра.

Угол заряжания переменный от 0° до +15°. Досылка снаряда и полу зарядов производилась цепным прибойником, имевшим электропривод.

Две башенные установки представляли собой подземный городок, укрытый толстым слоем бетона. По проекту расстояние между осями башен было 53,4 м, а фактически имелось небольшое отклонение для каждой батареи. Вокруг каждой башни в виде ромба располагались погреба: два снарядных длиной 18,3 м и два зарядных длиной 17,4 м. Высота погребов была 3048 м, а толщина бетонного свода 2895 м. В каждом снарядном погребе размещено 201-204 снаряда а в зарядном погребе 402-410 полузарядов.

В подбашенном помещении была рельсовая железная дорога с ручными вагонетками, в которых боеприпасы доставлялись из погребов к заряднику. Подъем боеприпаса зарядником осуществлялся с помощью электропривода. Высота подъема зарядника 4650 мм, время подъема 5 секунд.

Башенные установки имели систему приборов управления стрельбой (ПУС) Гейслера, обеспечивающую стрельбу по видимым и невидимым целям, движущимся со скоростью до 60 узлов. В состав ПУС входила даль- номерная рубка батарейного поста РД- 10-8, представлявшая собой вращающуюся рубку, установленную на бетонном основании. Дальномер стереоскопический с 8- или 10-метровой базой.

В башне установлены два перископических прицела Цейса Металлического завода (справа и слева от орудий). Увеличение прицела 12-кратное. Пределы углов прицеливания 0-130 каб (0-23790 м).
На закате Российской Империи проектировались и изготавливались и башни ББО для более мощных пушек - 14-дм./52 (сухопутный вариант планировавшихся для ЛК типа "Измаил"). Вот фото орудия:
6575 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
6576 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Аватара пользователя

Автор темы
Wseb2net
Полковник
Полковник
Спонсор форума
Спонсор форума
Сообщения: 5778
Зарегистрирован: 03 дек 2016
Откуда: С Восточного фронта
Поблагодарили: 18478 раз
Карма: +4/-0

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Wseb2net » 08 мар 2017, 02:45

А вот чертежи башни 14-дюймовых орудий:
6577 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
6580 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
6578 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
6579 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Аватара пользователя

Abram
Старший лейтенант
Старший лейтенант
Сообщения: 1405
Зарегистрирован: 01 дек 2016
Поблагодарили: 4516 раз
Карма: +0/-0

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Abram » 08 мар 2017, 10:21

Wseb2net писал(а): Меня терзают смутные сомнения - тут в теме есть финская башня на две 12-дюймовки. Уж очень она по форме похожа на довоенные башни 30-й и 35-й батарей Севастополя. В тексте дальше будет частичный ответ на этот вопрос. Форт Ино...
Все верно. Фины её собрали из частей с форта Ино. Подкину фоток аналогичных башен.
6581 - Батарея №10б Морской крепости Императора Петра Великого на острове Нарген в 1917 г.

Аватара пользователя

Abram
Старший лейтенант
Старший лейтенант
Сообщения: 1405
Зарегистрирован: 01 дек 2016
Поблагодарили: 4516 раз
Карма: +0/-0

Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Где Abram » 08 мар 2017, 10:24

Несколько фото батареи на острове Нарген после ухода русских войск в феврале 1918 г.
6585 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
6584 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
6583 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...
6582 - Корабельные пушки-монстры в музеях и во дворах...

Ответить
  • Похожие темы
    Ответы
    Просмотры
    Последнее сообщение

Вернуться в «Музеи и выставки»